Структурно функциональный метод

Структурно-функциональный метод

Структурно-функциональный (структурный) метод строится на основе выделения в целостных системах их структуры – совокупности устойчивых отношений и взаимосвязей между ее элементами и их роли (функций) относительно друг друга.

Структура понимается как нечто инвариантное (неизменное) при определенных преобразованиях, а функция как «назначение» каждого из элементов данной системы (функция государства, функция теории). Основные требования процедуры структурно-функционального метода (часто это разновидность системного подхода) таковы:

-изучение строения, структуры системного объекта;

-исследование его элементов и функциональных характеристик;

-анализ изменения этих элементов и их функций;

-рассмотрение развития системного объекта в целом;

-представление объекта как гармонически функционирующей системы, все элементы которой работают на поддержание этой гармонии.

188.123.231.15 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам.

СТРУКТУРНО-ФУНКЦИОНАЛЬНЫЙ МЕТОД

Найдено 1 определение:

СТРУКТУРНО-ФУНКЦИОНАЛЬНЫЙ (СТРУКТУРНЫЙ) МЕТОД

разновидность системного принципа, который ориентируется на выявление структуры системы, т.е. совокупности устойчивых отношений и взаимосвязи между ее элементами и их роли (функции) относительно друг друга. При этом структура понимается как нечто неизменное при определенных изменениях, а функция – как предназначение каждого элемента для определенного действия. Этот метод требует: 1) исследование структуры (строения) системного объекта, 2) анализ ее элементов и их функциональных особенностей, 3) исследование изменения этих элементов и их функций, 4) рассмотрение развития системного объекта в целом, 5) представление объекта как гармонически функционирующей системы, все элементы которой поддерживают эту гармонию.

↑ Отличное определение

Неполное определение ↓

Найдено схем по теме СТРУКТУРНО-ФУНКЦИОНАЛЬНЫЙ МЕТОД — 0

Найдено научныех статей по теме СТРУКТУРНО-ФУНКЦИОНАЛЬНЫЙ МЕТОД — 0

Найдено книг по теме СТРУКТУРНО-ФУНКЦИОНАЛЬНЫЙ МЕТОД — 0

Найдено презентаций по теме СТРУКТУРНО-ФУНКЦИОНАЛЬНЫЙ МЕТОД — 0

Детальное изучение первобытных культур способствова­ло обогащению методологического арсенала культурологичес­ких исследований. Вслед за эволюционным стали использовать­ся структурный, функциональный и системный подходы.

Структурный метод ориентирован на исследование струк­туры культурной системы и взаимосвязей между элементами сис­темы, скажем, между наукой и религией.

Функциональный метод нацелен на исследование функ­ций данной культуры, т. е. значение, которое имеет культурный феномен, к примеру религия, в жизни общества. Согласно функ­циональному подходу, в понимании Б. Малиновского, каждая культура должна рассматриваться не в соотношении с другими, а как внутренне самодостаточная и целостная система, состоящая из набора элементов, связанных между собой функциональными отношениями. При функциональном подходе основное внимание уделяется способам удовлетворения потребностей, запросов, ин­тересов людей, при этом каждый культурный элемент выполняет особую функцию. Этот метод нацелен на выявление общих функций бытия с точки зрения ее функционирования в системе обществен­ных отношений.

Структурно-функциональный метод формируется в начале XX в. в ходе расширяющегося взаимодействия западных обществ с культурами различных стран и народов. Методология эволюционизма оказалась непри­годной для научного освоения того качественно нового эмпирического материала, который стал в изобилии на­капливаться антропологами в результате полевых ис­следований.

Идея рассмотрения объектов как интегрированных, взаимовлияющих, выполняющих жестко установленные функции, заданные целостностью систем, входила в обиход в общечеловеческих дисциплинах под названием функционализма.

Сторонники структурно-функционального подхода отказались от принципов историзма и эволюционизма в объяснении общественных явлений. Они рассматрива­ли культуру как подсистему целостной социально-куль­турной структуры, каждый элемент которой выполняет как бы служебную роль в общей системе регуляции. В рамках этого направления англо-американская ант­ропологическая школа (А. Кребер, Р. Бенедикт, М. Мид, Б. Эванс-Причард и др.) накопила большой материал, описывающий обычаи, нравы, образ жизни так называ­емых примитивных народов: индейцев Северной и Юж­ной Америки, австралийских аборигенов, африканских племен. Позднее были проведены исследования малых народов Индии, стран Юго-Восточной Азии и т.д. Обоб­щение этого материала в работах английских ученых: культуролога Б. Малиновского и этнографа А. Радклифф-Брауна — выразилось в основных постулатах функционализма:

1. Существует общее функциональное единство об­щества, выражающееся во взаимосвязи социальных и культурных структур. Культура представляет собой ин­тегрированную целостность, в которой каждый элемент отвечает определенной потребности всей целостности (или тех или иных ее компонентов), выполняя конк­ретную часть работы.

2. Дифференциация функций поддерживается диф­ференциацией структур, складывающихся в упорядочен­ную систему.

3. Именно постоянное поддержание всех элементов культуры (производственные навыки, ритуалы, нормы и т.д.) обеспечивает единство общества.

Эти положения разрабатывались в основном в рам­ках культурной антропологии, имевшей дело с общест­вами, которые, казалось, навеки застыли в своем социо-культурном облике, постоянно воспроизводя, но не из­меняя свою социальную организацию, формы поведения, материальные и духовные атрибуты быта.

Методология функционализма неизбежно вела к тому, что объект исследований (этническая общность или городская группа) рассматривался вне историчес­кого времени, как замкнутая система, не изменяющаяся и не развивающаяся, а лишь постоянно воспроизводя­щая свою собственную структуру. На базе разработан­ных в культурной антропологии функционалистских мо­делей оказалось невозможным подняться до макрострук­туры сложных национальных обществ, от статического описания социальных связей и функций до теоретиче­ского охвата социальной динамики.

Выявилось, что даже системы и связи родства, счи­тавшиеся устойчивой основой социальной организации, сами претерпевают заметные изменения и все глубже интегрируются в систему более широких социально-экономических, политических или культурных отноше­ний. Меняются также символы, нормы и представления.

Дальнейшая разработка общей системно-функциональ­ной теории в применении к сложным социальным общест­вам считается заслугой в основном крупных американ­ских теоретиков Т.Парсонса (1902—1979) и Р.Мертона (р. 1910) совместно с другими социологами. Конечно, целостное рассмотрение этих концепций — сфера общей социологии, но ее существенным компонентом стал ана­лиз нормативно-ценностных и символических средств ре­гуляции социальной жизнедеятельности, т.е. того, что от­носится к сфере социологии культуры. Как мы увидим в дальнейшем, существенные стороны концепций Парсонса и Мертона встроены в общую теорию социологии культуры. Однако важно видеть, в каком направлении происходило совершенствование и усложнение функцио­нального анализа.

Функционализм помог избавиться от того идеологи­ческого неприятия неевропейских культур, которое пол­учало оправдание, характеризуя их как “примитивные” и “слаборазвитые”, и давало тем самым оправдание для режима колониального управления. С цивилизо­ванной точки зрения подлежали бесспорному осужде­нию и устранению различные “предрассудки”, “отжив­шие” нормы, “нелепые и вредные” ритуалы колдовства, преследования ведьм, кастовые ограничения и т.д. Из­бавление от всякого рода “пережитков” дает возмож­ность введения иных, альтернативных и более действенных способов достижения реального эффекта. Раз­витие здравоохранения, просвещения, изменение быта и повышение статуса низших каст, отмена полигамии и паранджи должны осовременить общество, придать ему цивилизованный характер.

В опровержение такого рода поверхностного подхода функционалисты показывали действительное значение различных факторов культурной регуляции. Обычным примером в культурной антропологии или религиеведении стали ритуалы, посвященные вызыванию дождя, повышению плодородия или исцелению от болезни, по­клонение священным предметам или преследования ведьм. С точки зрения здравого смысла подобные ве­рования и основанные на них действия — “пережитки” или “предрассудки”, исчезающие при свете разума. Бо­лее того, они могут оказаться вредоносными (органи­зуется травля невинных людей, крестные ходы и це­лования иконы во время эпидемии могут способствовать ее распространению и т.д.).

Однако для этнографа или религиеведа, рассужда­ющего по функционалистской методике, такого рода ри­туалы и верования выполняют значимую функцию, так как укрепляют веру индивидов или различного рода общностей в избавление от напастей и невзгод, спо­собствуют сплочению общины и т.д. Верования, кажу­щиеся иррациональными и не отвечающие практиче­ским критериям, а имеющие лишь символический смысл, создают привычную осмысленность мира, в котором че­ловек может ориентироваться и на который он сам или общность может оказывать некоторое воздействие путем координации поведения многих своих членов.

Несмотря на прочный статус в академической науке и в общественной мысли, структурный функционализм был подвергнут резкой критике и в 60—70-х гг. Она была направлена против присущего функционализму уподобления культуры ор­ганическим системам. Особенно возражали критики про­тив идеологической ориентированности функционализма на рассмотрение общества как стабильной интегриро­ванной целостности, отмечая неспособность его дать адекватное описание и анализ противоречий и конфликтов. Зарождаясь в противостоянии эволюционизму, функционализм оставлял без содержательного рассмот­рения процессы генезиса социальных норм и ценностей, механизмы их изменения или исторической преемствен­ности. Поэтому при рассмотрении кризисных и меняю­щихся состояний в культуре функционализм уступает свое место другим подходам.

Развернутой критике функционализм Т.Парсонса под­верг известный американский социолог Р.Миллс. Как он показал, в рамках этой теории не может быть эф­фективно сформулирована идея конфликта, нельзя по­нять механизм ценностных разногласий и структурных антагонизмов, оппозиционных движений и революций.

Как предполагается, система, будучи однажды уста­новленной, является не только устойчивой, но и в сущ­ности гармоничной, нарушения тоже должны быть “вве­дены в систему”. Как писал Р.Миллс, идея норматив­ного порядка ведет нас к принятию гармонии интересов как естественной черты любого общества. Встроенное в общую теорию Парсонса положение о наличии ис­ходного единства и примирения интересов, устранения противоречий и снятия конфликтов лишает эту теорию, по мнению Р.Миллса, возможности влиять на социаль­ные и культурные изменения, т.е. историю.

Кроме того, принцип функциональности не позволяет выяснить, в какой степени узаконены социальные струк­туры и политические институты, каковы основы суще­ствования оппозиции и движений протеста. В норма­тивно регулируемых социальных структурах, как их замыслили представители Высокой Теории, не находит места коллективное поведение угнетенных масс или возбужденных толп, освободительные движения, кото­рыми отмечена наша эпоха. Более того, любая систе­матическая концепция хода истории, ее механизмов и процессов плохо согласуется с этой теорией, так как в истории действуют многие разнородные факторы. Со­циальные общности отличаются друг от друга не толь­ко по степени, но и по типам единства. Как интеграция общества, так и его развитие происходят под воздей­ствием разных причин (в том числе экономические связи, право, насилие и т.д.). Отвергая универсальные макросоциологические теории, Р.Миллс полагает, что плодотворность научного поиска может быть обеспечена только наличием многих подходов, сопоставляемых с эмпирическими данными.

В начале XX в. в противовес эволюционизму, за­мыкавшему рамки исследования рассмотрением внут­ренних изменений в отдельных обществах, ряд этно­логов, социологов и культуроведов развивают концеп­цию диффузионизма, т.е. распространения культуры из одного центра в другой. Такой подход позволил об­ратиться к изучению взаимодействия между культура­ми, раскрыть механизм освоения достижений других народов, дающий возможность обществу не проходить положенные стадии развития. Основными средствами распространения чужой культуры диффузионизм при­знавал войны и завоевания, колонизацию, торговлю и миграции, добровольное подражание, взаимное призна­ние и т.д.

В русле диффузионизма разрабатывались концепции культурных ареалов, или же сетей распространения, ли­бо отдельных элементов культуры (злаков, денег, пись­менности, технологий и т.д.).

В рамках теории культурных центров распростра­нение культуры изображалось как потоки рассеивания изобретений из “колыбели цивилизации”, на роль ко­торой обычно выдвигали Шумер, Древний Египет, до­лину реки Хуанхэ. В литературоведении убедительным примером диффузионизма служат “бродячие сюжеты”, известным примером которых могут служить сказки “Тысячи и одной ночи”.

Теория символов разрабатывается прежде всего в различных гуманитарных науках: филологии, эстетике, искусствознании, философии, социальной психологии (а также как особое направление в логике и математике). Особое значение для понимания роли символики в культуре имели работы немецкого философа Э.Касси-рера, психоанализ З.Фрейда и К.Юнга.

Существует разработанная теория символических форм, через которые человеческое сознание поддержи­вает постоянную связь с окружающим миром. Для культурологии эта сфера стала важным предметом изучения в силу того, что она выступает как посредник челове­ческой деятельности и общения. Для функционализма в основном достаточно объяснять субъективную сторону исходя из интересов участников действия, направлен­ного на достижение утилитарной цели. Но теория сим­волического взаимодействия позволяет раскрыть значе­ние широкого круга символов, которые стимулируют сложное сочетание мотивов, играющих столь большую роль в обеспечении деятельности и общения.

Все формы общественной деятельности пронизаны символикой. Но это происходит в разной степени, так как религия и политика подвержены символизации в большей степени, чем экономика. Молитвы, кресты и ритуалы в одной сфере, флаги, лозунги и митинги в другой — обычные примеры проявления символического взаимодействия.

После работ Т.Парсонса стало принято расширять сферу символических средств, несущих важную нагруз­ку в социальном взаимодействии. В экономической сфе­ре таким символическим посредником становятся день­ги, а в политике — власть, но постольку, поскольку она опирается не на принуждение, а на добровольное

вовлечение участников в политические действия, т.е. на политическую культуру.

В ходе символического взаимодействия (интеракционизма) индивид осваивает выработанные в обществе образы и смыслы, тем самым воспринимает мотивы и стремления других людей и формирует собственные. Возникает цепочка связей: стимул — знак — мотив — самосознание. При такой трактовке термин “интеракционизм” приобретает индивидуально-психологический смысл, обозначая процесс соотнесения индивида с боль­шим или малым коллективом через подключение зна­ковых средств. При более широкой трактовке он может включать в себя такое важное измерение культуры в целом, как ее коммуникативная функция, обеспечиваю­щая связь между различными горизонтальными и вер­тикальными группами, между поколениями, разными культурами и т.д.

Важной заслугой “интеракционистов” было изучение соотношения между символическими и функциональ­ными сторонами социального процесса. Уже в этикете, представляющем собой изначально соединение функции социализации с символикой общения, возникает расхож­дение между почтительно аффективной символикой и реальным отношением. За внешними манерами, выра­жающими приязнь и почтение, могут скрываться ней­тральные или прямо негативные отношения. И хотя этикет может способствовать поддержанию социально необходимого минимума приличий, они могут прини­мать характер лицемерия или скрытой внутренней враждебности.

Другим обычным примером подобного расхождения функции и символа служит принятая в образовании экзаменационная система или же защита диссертации, которую далеко не всегда можно оправдать с точки зрения целесообразности, так как ни то, ни другое не обеспечивает гарантии объективной оценки знаний. Но, несмотря на все содержательные нововведения, эти про­цедуры сохраняют свое внешнее символическое значе­ние как знак признания в научном сообществе.

Динамика социального процесса может привести к тому, что либо функция, либо символ оказываются отжившими, утрачивают признание в общественном со­знании. Соответственно, здесь возможны два варианта. Первый: если символ признается несоответствующим, он подвергается замене (так, Санкт-Петербург стал Пет­роградом, затем Ленинградом, а затем вновь Санкт-Пе­тербургом). Второй: если реальное явление утрачивает свои реальные функции, связанная с ним символика может какое-то время поддерживаться, хотя и превра­тившись в пустую оболочку. Ритуалы, портреты, бюсты, лозунги, обсуждения и резолюции могут утратить зна­чимое функциональное содержание и превратиться в условную форму.

На протяжении XIX в. происходило постепенное размежевание между гуманитарно-филологическим ком­плексом наук о духовной жизни общества и социаль­ными науками, основанными на теоретическом осмыс­лении его закономерностей, структур и процессов. Важ­нейшим достижением этого сдвига в научном познании стало формирование социологии как науки, изучающей общество как объективную взаимосвязанную целостную систему отношений, процессов и институтов. Заметное размежевание происходило также между социальной философией и философией культуры, которые неизбеж­но были связаны с определенными мировоззренческими принципами и умозрительными формулами сущности истории, и собственно социологическим подходом к об­щественным явлениям. Интенсивное знакомство с куль­турами народов мира приводило к накоплению гума­нитарного знания о религиях, языках, литературах, ис­тории и т.д. что породило богатую компаративистику, привело к формированию комплекса ориенталистики, американистики, африканистики, исламоведения, индоло­гии, буддологии и т.д.

Однако наряду с ростом опи­сательных и гуманитарных исследований происходило постепенное совершенствование культурологического и социологического по­знания социальных и культурных явлений. При всех различиях в методах этого познания им присуща ус­тановка на анализ не внешнего, а внутреннего смысла явлений, т.е. той роли, которую играют те или иные культурные факты, тексты, образы и средства в соци­альной регуляции и социальных процессах.

Метод структурно-функционального анализа

Исследование политических процессов посредством данного метода начинается с анализа политической деятельности – отдельных личностей, социальных групп, политических партий и т.д. Данный анализ теоретически и методологически базируется на теории социального действия, которую Т. Парсонс, один из ее главных разработчиков, вслед за М. Вебером и П. Сорокиным развил довольно подробно.

Исследуются объективные условия политической деятельности людей, роль в ней различных политических институтов и других социально-политических факторов. Однако исходным звеном политической деятельности любых субъектов называются соответствующие системы ценностей, прежде всего политических, на которые они ориентируются. Данные ценности и являются, по мнению Парсонса, основными побудительными силами политической деятельности субъектов, их политического поведения и установления политических отношений между ними.

Этим определяется и соответствующая логика исследования политических процессов: оно направлено прежде всего на анализ политических и других ценностей субъектов политической деятельности. Анализируются мотивы деятельности данных субъектов (политических лидеров, элит, социальных групп, политических партий и т.д.), их интересы и ценностные ориентации, а также связи и отношения, в которые они вступают в процессе своей политической деятельности. Тем самым раскрываются реальное содержание и направленность их политической деятельности и складывающихся из нее политических процессов.

Анализируются как субъективные, так и объективные обстоятельства развития того или иного политического процесса, факторы, способствующие и препятствующие его развитию, а также способы разрешения неизбежно возникающих при этом социальных противоречий, в том числе политических. Отсюда следует, что структурно-функциональный анализ политических процессов позволяет получить о них достаточно полные, хотя и не исчерпывающие, представления.

Анализ политической деятельности субъектов ограничен Т. Парсонсом и его последователями «структурными рамками». Исследуются прямые и обратные связи между элементами различных политических образований (будь то группы людей или соответствующие политические институты), межличностные отношения людей, действующих в различных политических организациях, функции и роль в обществе самих этих организаций, пути и способы повышения эффективности их деятельности.

Каждый политический институт рассматривается с точки зрения устойчивого функционирования всех его структурных элементов и сохранения ролей действующих в нем политических субъектов. Последние, по словам Парсонса, приходят и уходят, а политические институты и заданные в них роли сохраняются. В этом он видел важнейший показатель стабильности существования сложившейся политической системы и ее институтов. Изучение условий их стабильности и эффективного функционирования является важнейшей задачей исследований, основанных на применении методологии структурно-функционального анализа.

Данная методология способствовала созданию теории политических систем, которая позволяла более или менее четко фиксировать их структуры и функции. Выявлялись универсальные компоненты политических процессов, присущие каждому из них. Речь идет прежде всего о субъективной и объективной сторонах политической деятельности субъектов и функционирования политических институтов. В сферу анализа политических процессов были включены так называемые макроструктуры и макропоказатели, характеризующие развитие крупных систем и общества в целом. В силу указанных и других достоинств структурно-функциональный метод широко используется ныне при исследовании многих политических процессов.

Метод рационального выбора, основанный на так называемой теории рационального выбора, более чем какой- либо другой, направлен на изучение мотивов деятельности субъектов политических процессов. Исследуется содержание психологических и идеологических установок субъектов и ценностных ориентаций, основанных на их интересах. Содержание же самих политических интересов усматривается в соответствующей политической выгоде, пользе и т.п. В данном случае речь идет о сознательной политической заинтересованности, объективной по содержанию, но субъективной по форме, проявляющейся как феномен внутреннего мира субъекта.

Такое внимание к субъективной стороне политической деятельности людей объясняется тем, что она воспринимается как основная побудительная сила этой деятельности, обусловливающая ее содержание и направленность. Утверждается, что только деятельность, совершающаяся на основе свободного и рационального выбора субъекта, является подлинно независимой и творчески активной. При этом рациональный выбор толкуется как выбор субъектом того или иного варианта политическогоповедения в его собственных интересах.

Тем самым политическая деятельность и поведение субъекта рассматриваются как его субъективное самовыражение и самоутверждение в том или ином политическом процессе. Сам же политический процесс толкуется как реализация субъектами политической деятельности рационального выбора каждого из них.

В данном случае исследование политических процессов осуществляется с позиций так называемого методологического индивидуализма, т.е. из «признания того, что социальные и политические структуры, политика и общество в целом вторичны по отношению к индивиду. Именно индивид производит своей деятельностью институты и отношения. Поэтому интересы индивида определяются им самим, также как и порядок его предпочтений»[1]. Утверждается, что интересы и политические предпочтения других субъектов не оказывают существенного влияния на поведение индивида.

Как видно, при таком подходе игнорируется не только роль объективных условий политической деятельности людей, прежде всего их политических отношений, но и проблема взаимодействия интересов субъектов политического процесса. Методологический индивидуализм ориентирует на восприятие данных субъектов как людей, руководствующихся исключительно своими интересами, чаще всего корыстными, ищущих выгоду для себя даже в том случае, когда содействуют в чем-то другим людям. Именно на это указывают исследователи политических процессов, рассматривающие их с позиций рационального выбора субъектов.

Такой подход близок идеям политического утилитаризма И. Бентама, которые он обосновал в конце XVIII в. Истинным и жизненно обоснованным в отношениях между людьми Бентам считал только принцип пользы, указывая, однако, на важную роль не только личной, но и общей пользы как побудительных сил политической деятельности субъектов. Как видно, теоретики рационального выбора политических действий в своем обосновании политического эгоизма пошли намного дальше своего предшественника.

Тем не менее сделанный ими подробный и в отдельных случаях относительно глубокий анализ субъективной стороны политической деятельности во многом определил достаточно широкое применение метода рационального выбора в современных исследованиях политических процессов. Он часто применяется при изучении общественного мнения, анализе предпочтений избирателей, при исследовании различных сторон политических отношений и деятельности политических институтов.

Наряду с рассмотренными существуют и другие методы исследования политических процессов. Нередко используются системный метод, применение которого в исследовании политических процессов обосновано в работах Д. Истона; разработанный Ю. Хабермасом метод коммуникативного исследования, обосновывающий суть и социальную направленность политических процессов путем выявления содержания политического общения субъектов, их политических связей и отношений; метод культурологического изучения политических явлений и процессов, обоснованный, в частности, Г. Алмондом и рассматривающий указанные явления и процессы как соответствующие выражения сложившейся в обществе политической культуры, и др.

Рассмотренные методы применяются при исследовании вполне определенных политических явлений и процессов, происходящих в той или иной стране, и вполне определенными исследователями, которые осмысливают данные явления и процессы на основе имеющихся у них знаний и жизненного опыта, а также политической и духовной культуры общества, в котором они живут. Это неизбежно сказывается на восприятии ими исследуемых политических явлений и на самом процессе их исследования, в том числе и на характере применения указанных методов.

Немаловажную роль играют сложившиеся в данном обществе традиции исследований в области политики, экономики, права, идеологии и т.д. в которых выражены характерные для данного народа устойчивое восприятие и понимание различных политических явлений и процессов и столь же устойчивая оценка их роли и значения в обществе. Нельзя недооценивать и выработанные у данного народа стереотипы политического мышления, которые нередко принимают характер традиций.

Разумеется, существуют традиции, характерные для ряда стран, фиксирующие общий социокультурный опыт их пародов и относительно одинаковое восприятие ими различных политических и других явлений (таковы, например, западноевропейские традиции развития политической мысли); имеются свои традиции и в применении отдельных методов исследования политических явлений и процессов (например, традиции становления и применения институционального метода исследования политических явлений и процессов в западноевропейских странах, прежде всего в Англии, Голландии, Франции, Германии).

В России сложились свои традиции в теоретическом исследовании государства, проблем политического равенства, прав и свобод граждан. Речь идет о традициях политического либерализма, консерватизма, марксизма и др. проблематику которых глубоко и ярко выразили Б. Н. Чичерин, И. А. Ильин, К. А. Леонтьев, Г. В. Плеханов, В. И. Ленин.

В современной литературе отмечается, что «специфика и традиции политических исследований в разных странах проявляются и на семантическом уровне»[2]. Речь идет об использовании учеными, в том числе политологами, уникальных терминов, не имеющих синонимов в языках народов других стран. Они выражают столь же уникальный смысл, отражающий исторический и культурный опыт того или иного народа. Взаимодействия ученых разных стран неизбежно приводят к заимствованию ими соответствующих терминов – в этом заключается одно из проявлений интеграции научного знания, в том числе политического, или, по выражению некоторых ученых, его универсализация. Все это касается также исследований политических процессов, происходящих в отдельных странах и во всем мире. Специфика их исследований, в том числе основанная на соответствующих традициях, и их универсализация – характерные свойства их современного научного познания.

34 Структурно-функциональный метод

Структурно-функциональный метод — это подход в описании и объяснении систем, при котором исследуются их элементы и зависимости между ними в рамках единого целого, отдельные социальные явления выполняют определенную функцию в поддержке и изменении социальной систем.

Каждый элемент этой структуры выполняет определенные функции, удовлетворяющие потребности системы Деятельность элементов системы программируется общей структурной организацией, занимаемыми ими позициями и испол нуванимы ролями.

Структурно-функциональный метод является одной из важнейших форм применения этого метода в исследовании управленческих явлений и процессов Сущность его заключается в разделении сложного объекта на составляющие время поистине, изучении связей между ними и в определении присущих им специфических функций (ролей), направленных на удовлетворение соответствующих потребностей системы управления персоналом с учетом целостности последней неи и ее взаимодействия с внешней средой В науке управления персоналом разработаны различные концепции структурно-функционального управления большими экономическими системамми.

Общим для них является кибернетический подход к управлению экономической системой, в которой различаются следующие структурные компоненты, как входные параметры, орган управления, объект управления, исходные данные На входе системы в каждый момент времени требуется большое количество материальных, трудовых и финансовых ресурсов Выход системы составляет некоторое множество потребительских свойств и услуг, которые находятся в фун кциональний зависимости от входных параметров Оптимальное управление достигается при условии совпадения максимума и минимума целевой функции, когда экономическая система находится в устойчивом состоянии гомеос татичнои равновесия В таком состоянии система достигает максимума своей эффективности, наиболее производительного режима экономического роста Поэтому главная задача управления большими системами заключается в по шуку и реализации управленческих воздействий, которые в условиях внешних и внутренних обурювань смогут обеспечить гомеостатический состоянии функционирования и развития системстеми.

Системные исследования показывают, что определяющим условием поведения сложных поведенческих систем является их неравномерная самоорганизация, функциональная устойчивость в невривноважсних состояниях Неуравновешенность та акою же фундаментальным свойством управленческих систем, как равновесие, которое позволяет детерминировать свободный выбор оптимизационного синтеза из целого спектра возможных направлений Если состояние равновесия является нео бхидною условием стационарного существования управленческих систем, то неуравновешенный состояние представляет собой существенный момент перехода в новое состояние, в котором управленческая система приобретает более высокого уровня органе зации и производительности Только тогда, когда управленческая система теряет функциональную устойчивость, возникают самоорганизующиеся процессы формирования новых эффективных структур Приобретая в новых условиях функцион ування стабилизирующего состояния, управленческая система проходит свои уравновешены состояния как промежуточные этапы на траекториях не-уравновешенной самоорганизацийації.

Т Парсонс развивает теорию структурного функционализма, считает, что существует четыре основных функции социальной системы:

2 Достижение цели

4 Воспроизведение структуры, обеспечивается различными подсистемами общества Так, внутри социальной системы функцию адаптации обеспечивает экономическая

подсистема; функцию достижения цели — политическая подсистема; функцию интеграции — правовые институты и обычаи, функцию воспроизводства структуры — система верования, мораль, институты образования и воспитания

Целостность общества достигается путем интеграции общепринятых социальных ценностей и норм Т Парсонс определяет общество как систему отношений между людьми, соединяющим началом которой являются нормы и цен нность Б Дюркгейм рассматривает общество как сверхиндивидуальную духовную реальность, основанную на коллективных представлениеннях.

В структурно-функциональном анализе за единицу исследования принимается»действие\», а общество представляется как совокупность сложных социальных систем действия (концепция Т Парсонса, Р Мертона) Каждый индивидов ид в своем поведении ориентирован на»общепринятые»образы поведения Нормы объединены в институты, имеющие структуру и обладают функциями, направленными на достижение стабильности общества Цель структурно-функционального анализа состоит в количественной оценке тех изменений, к которым данная система может приспособиться не в ущерб своим основным функциональным обязанностямязкам.

Этот метод целесообразен для анализа способов сохранения и регулирования системы, максимальный же его эффект проявляется в сравнительном исследовании политической системы

Структурно-функциональный анализ включает изучение функциональных зависимостей элементов системы, единства институтов власти, соответствия их действия (функционирования) потребностям субъектов, выявления того, как реализуется потребность в ус осуванни системы к изменяющейся среде В управлении персоналом важно выявить функциональную модель системы управления персоналом, включающая:

* функциональную роль сотрудников;

* функциональное разделение труда;

• функционально-стоимостной анализ системы управления персоналом;

* функциональные связи управления

Функциональный метод в управлении персоналом предполагает изучение зависимости между типом организационной культуры и режимом власти взаимосвязи уровней экономического развития и политического строя, степени УРБ банизации населения и его политической активности Одним из первых функциональный метод в политологии применил Н Макиавелли, провозгласивший отказ от религиозных догм и этических ценностей при изучения ни политики, необходимость анализа реальной жизни в его противоречивости, ориентируясь на изучение взаимосвязи и взаимообусловленности различных Объявленияищ.

Специфическим проявлением функционального метода является бихевиористский подход Его суть заключается в изучении организации через исследование поведения отдельных личностей и групп Свое обоснование применительно к упр ления персоналом бихевиоризм получил в конце XIX в в США и с тех пор занял ведущее место в американской науке, как один из компонентов системного подхода, заключается в выявлении функции отдельных х элементов определенного социального образованияння.

Сущность методологического принципа функционального подхода (Г Сленсер, Б Малиновский, А Г Радклифф — Браун, Е Дюркгейм, Р Мертон, Т Парсонс состоит в абсолютизации элементов социального взаимодействия подлежащего исследованию, определению их статуса и функциифункцій.

Согласно функционального подхода, организация — это единый организм, состоящий из части, элементов, выполняющих определенные функции Последние направлены на выполнение общественных потребностей и забезпечуют во целостность общества Общественные процессы и явления можно объяснить, анализируя их функции в общественной системе Организация сохраняет устойчивость, поскольку реализуются все необходимые для социальной орган изма функции, в т ч функция социального контроля Р Мертон вводит понятие»дисфункции\», т.е. функции, разрушающего и определения латентных функций Согласно Мертона, те же элементы могут быть функционал ьнимы относительно одних систем и дисфункциональными отношении других Дисфункции преодолеваются в процессе постепенных смиових змін.

Функциональный подход требует изучения зависимости между различными явлениями и окружающей средой Например, между уровнем социально — экономического развития и степенью демократизации общества, между эконо омическим и политическим плюрализмом, между культурой, традициями и политическая активность населенияя.

Функциональный метод включает в свою макромодель практическую деятельность, предвидя выяснения сущности и роли управленческих явлений, их оценку с позиции системы ценностей (блага, справедливости, уважения л человеческого достоинства.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *