Субъективный идеализм дж беркли

Субъективный идеализм Дж. Беркли

Дж. Беркли (1685 – 1753) – английский философ. Учился в одной школе с известным сатириком Джонатаном Свифтом, который впоследствии стал его другом.

Основной труд Беркли – «Трактат о началах человеческого знания» (1710 год).Философ стремился быть понятным даже малообразованным людям, предлагая им рассуждать просто, верить только в то, что видишь, слышишь, ощущаешь и не верить в то, что ощутить невозможно, например в материю. Кроме того Беркли хотел сокрушить «гидру атеизма и материализма», доказать их ложность. Для решения этой задачи мыслитель использовал:

— идеи номинализма, одного из философских учений средних веков. Номинализм утверждал, что реально существуют только единичные вещи. Общие понятия или универсалии реальным существованием не обладают.

— принципы сенсуализма. разработанного Локком: источником знаний человека о мире является чувственный опыт.

Созданная Беркли философия получила название «субъективный идеализм », который утверждает, что вещи существуют не сами по себе, независимо от сознания, а лишь потому, что люди их воспринимают чувствами, ощущениями.

Стараясь выполнить свою главную задачу — сокрушить материализм и атеизм — Беркли предлагает следующее учение о вещах. Что же такое вещь?

  1. Это совокупность ощущений человека, который эту вещь воспринимает. То есть любой предмет – книга, яблоко, дом, стол — существует только потому, что он воспринимается субъектом познания (человеком) чувственно.«Существовать – значит быть воспринимаемым» – вот одна из главных истин, предлагаемых Беркли.
  2. Отсюда вывод: если существует только то, что мы ощущаем, то ВНЕ СУБЪЕКТА НЕТ ОБЪЕКТА. Получается, что ощущения человека первичны, а вещи вторичны: «Вещи — это комбинации ощущений».

3. Если вещи существуют лишь тогда, когда они воспринимаются субъектом познания, человеком, то с исчезновением людей должен исчезнуть и мир вещей. Кроме того: окружающие нас люди, также как и вещи, есть ни что иное, как совокупность наших ощущений. Следовательно, они существуют лишь тогда, когда их воспринимает другой субъект. Но считать, что существует только человек и его сознание, а весь мир и другие люди – лишь комплекс его ощущений, и если исчезнут люди, то исчезнет и весь мир — это абсурд. Однако именно к этому пришел Беркли. Такая точка зрения называется солипсизм. Естественно, что философа это не устраивало. Для выхода из подобного тупика Беркли предлагает следующие два рассуждения:

1) В мире существует не один воспринимающий субъект, людей много. Поэтому вещь, которую перестал воспринимать один субъект, может быть воспринята другими.

2) Если представить, что исчезли бы все субъекты, то вещи при этом все равно не исчезли бы. Они продолжали бы существовать, поскольку есть такой субъект, который никогда исчезнуть не может. Это Бог. Следовательно, не может исчезнуть и весь сотворенный им мир. Этот вывод приближает Беркли к объективному идеализму .

Философия Беркли стала яркой иллюстрацией того, что даже самые лучшие замыслы могут привести к абсурду. Идеи Беркли сыграли значительную роль в дальнейшем развитии философии. На их основе возникли взгляды позитивистов и неопозитивистов.

Субъективный идеализм Дж. Беркли и Д. Юма

По мере того, как человек энергично расширял деятельное познание мира и был уверен в достижении абсолютной истины (об этом писали и Бэкон, и Декарт), одновременно развивалась критическая философия. Она обнаруживала, что существуют границы, через которые человеческому познанию перешагнуть не под силу.

Зарождение скептического анализа в отношении разума происходило уже внутри сенсуалистической позиции английского философа Джона Локка, который отвергал позицию Декарта относительно существования врожденных идей, а также априоризм Спинозы и Лейбница. Наука, по мнению Локка, должна сосредоточиться на изучении первичных качеств вещей (формы, тяжести, движения), так как это единственная возможность получить надежные знания. Вторичные качества вещей (цвет, запах, вкус) – субъективны.

За Локком скептическую линию развивает нидерландский епископ Джордж Беркли (1685-1753 гг.). Он признает: всякий человеческий опыт (и первичные, и вторичные качества) субъективен и ограничен видимостью, предстающей перед разумом. Поэтому чувственные ощущения первичных качеств вещей являются такими же умственными понятиями, как и вторичных. Невозможно сделать убедительного заключения о том, что за пределами разума существует мир материальных объектов, ибо не существует надежного и достоверного способа отличить объект от чувственных впечатлений. Никто не в силах выйти за пределы собственного разума, чтобы сравнить идею с реальным предметом.

Беркли вступает в борьбу с атеизмом и материализмом. Любой опыт не более чем субъективный опыт, и, следовательно, существование материального мира, внешнего по отношению к разуму, является лишь допущением. С определенностью можно утверждать лишь существование разума и ощущений.

Почему же тогда разные люди во все времена воспринимают мир более или менее одинаково? Почему этому миру присущ устойчивый порядок? Ответ Беркли: мир и его порядок находятся в зависимости от Божественного Разума. Он порождает в умах отдельных людей чувственные идеи согласно определенным правилам. Эти идеи и их сочетания постоянно возобновляются.

А как же развивается наука? Ответ Беркли: Для науки не является препятствием признание нематериального основания чувственных данных, ибо она может изучать объекты, вполне примирившись с сознанием этого.

За Беркли последовал англичанин Дэвид Юм (1711-1776 гг.) – сторонник агностицизма, который довел эмпирическую критику до предельной крайности. Он, правда, пошел в другую сторону от Беркли, ближе к позиции французского скептика Мишеля Монтеня. Юм не был согласен с идеалистическими выводами Беркли, который отождествлял внешние объекты с их внутренними идеями, укорененными в Боге.

Вопрос Юма: чем вызываются чувственные впечатления?

Ответ: разум никогда не сможет по-настоящему узнать, чем же вызываются ощущения, т.к. он никогда не испытывает «причину» как ощущение. Он испытывает только простые впечатления (хаос обрывков и нагромождений). Разум испытывает определенные впечатления, заставляющие думать, будто бы их вызывает некая объективная субстанция. Однако разум никогда не соприкасается с этой субстанцией, но имеет дело всегда только с впечатлениями.

Пример: разум замечает, что за событием А следует событие Б, и на этом основании может прийти к заключению, что А является причиной Б. На самом деле – все, что нам известно – это то, что А и Б воспринимались регулярно в тесной близости. Сама же причинная связь не наблюдалась никогда. Поэтому недопустимо говорить о ее достоверном существовании за пределами человеческого разума. Человек произвольно навязывает своим впечатлениям порядок. Это привычка разума выстраивать разрозненные события и факты в последовательный ряд.

Пример: существует два типа утверждений: а) основанные на чистом ощущении «сегодня солнечно», которое всегда случайны; б) основанные на чистом разуме «у квадрата все четыре стороны равны», которые касаются отношений между понятиями. Это математические истины. И они истинны только в своей логической системе, не нуждаясь в соотнесении с внешним миром. Разум не в силах утверждать какую-либо истину относительно подлинной природы вещей.

Рассуждения Юма поставили под сомнение саму эмпирическую науку, т.к. логическое основание последней – индукция – было признано недостоверным. Он утверждает, что наука есть не что иное, как субъективные ощущения, мир видимых явлений, фиксируемых разумом. Любое человеческое знание есть мнение. Для разума реальны одни только чувственные впечатления, и никто не вправе ничего утверждать о том, что стоит за ними.

Если Локк еще сохранял веру в способность человеческого разума постигать, пусть несовершенным образом, хотя бы общие очертания внешнего мира, то Юм считал, разум даже не смеет посягать на доступ к познанию миропорядка.

Если Беркли связывал человеческий разум с божественным, то при Юме не стало ни Бога, ни порядка, ни причинности, ни субстанциональных сущностей, ни истинного сознания. Все сплошь случайно. Человеку ведомы лишь беспорядочные впечатления: порядок, который он наблюдает в них – лишь видимый, поскольку человек испытывает психологическую потребность в нем. Аргументы Юма оказались стимулом для скептической позиции Иммануила Канта.

Важнейшим понятием социально-этической доктрины Юма является справедливость. Юм считает условием социальной справедливости укрепление в обществе института частной собственности. Равенство – противоположно справедливости. Равенство имущества не ведет к равенству способностей и потребностей. Поэтому установление равенства – утопия.

Субъективный идеализм Дж. Беркли. Принцип «существовать — значит быть воспринимаемым».

Беркли, полемизируя с Локком, утверждает, что разделение на первичные и вторичные качества ошибочно, так как фактически все качества вторичны и их существование сводится к способности быть воспринятыми. Соответственно и понятие «материя» в смысле ее существования как чего-то объективного, субстанционального не имеет смысла, так как нет ничего вне нашего сознания. Существует лишь духовное бытие, в котором Беркли выделяет идеи как некие восприни­маемые нами качества. Они пассивны, существуют в человеке в виде страстей и ощущений и не являются копией предметов внешнего мира. Кроме того, в духовном бытии имеются «души», которые выступают в качестве активного начала, в качестве причины. Сходную позицию в области гносеологии занимает Д. Юм, который усиливает агностицизм Беркли.

Свою философскую систему Беркли начал создавать еще в колледже, где на него оказали большое влияние работы Декарта, Гоббса, Бэкона и Локка. Основные усилия Беркли были направлены на то, чтобы «изгнать краеугольный камень материи из системы атеистов, после чего все здание неминуемо развалится».

Философия Беркли запутана и противоречива. Подчас в ней присутствуют взаимоисключающие точки зрения и парадоксы, которые он сам не смог разрешить. Каждый человек, согласно системе Беркли, живет в своем собственном мире, который совершенно непохож на мир другого человека. Объекты в этом мире существуют до тех пор, пока он их воспринимает. На вопрос, что же происходит с ними, когда они выходят из внимания человека, Беркли так и не смог дать убедительного ответа.

Такие понятия, как материя, пространство и расстояние для Беркли не существуют, более того, в их применении он видит одну из главных проблем науки, порождающую массу всевозможных затруднений.

Являясь человеком глубоко религиозным, Беркли в своих работах уделяет большое внимание религии и богу, сделав их неотъемлемой частью своей философской системы и, подчас, используя их для объяснения слабых мест в ней.

Человек острого ума, он, тем не менее, часто подменяет понятия одно другим, доводя многие ситуации до абсурда. Нередко заведомо ошибочные предположения и выводы являются отправной точкой его рассуждений.

В целом, картину мира, согласно берклианской философии можно представить следующим образом: абсолютно существует только бог, дух существует относительно бога, ощущения — относительно духа, а вещественные объекты — относительно ощущений, причем существование последних постоянно ставится им под сомнение.

Основное положение философии Беркли состоит в полном отождествлении свойств предметов с ощущениями этих свойств человеком. Объекты внешнего мира рассматриваются им как некие комбинации различных ощущений, идей, существующих только в сознании человека. Существовать для вещей значит быть воспринимаемыми — esse est percipi. В основе своей критики материализма Беркли опирается на концепцию абстрактных идей. По его мнению, абстракции, как нечто отвлеченное, не могут существовать вообще, так как нельзя, к примеру, представить себе абстрактный треугольник, который был бы одновременно и остроугольным и тупоугольным и равносторонним. Вместо абстракций он вводит так называемые общие идеи, единичные образы однородных вещей.

Вместе с этим, Беркли критикует точку зрения Локка, подразделявшего все качества материальных объектов на первичные, присущие вещам сами по себе, и вторичные, существующие лишь в сознании человека, их воспринимающего. Беркли сводит первичные качества ко вторичным, тем самым отрицая существование материи, как носителя первичных качеств.

Одно из главных понятий в философии Беркли — это «идея9quot;, под которой он видит ощущения или образы, отождествляемые им с качествами предметов. Это приводит к тому, что качества приобретают субъективное содержание. Идея существует лишь в духе, для Беркли она первична. Предметы понимаются им как совокупности разнообразных идей, присущих им, то есть они вторичны. По мнению Беркли нельзя видеть непосредственно предметы, а можно видеть лишь их идеи, цвет, форму, размер. Из этого он делает вывод, что если предметы не более чем набор идей, существующих в духе, то нет никакой необходимости в существовании материального носителя этих идей, так как мы не можем его ощущать и, следовательно, он просто не существует.

Что же, в таком случае, порождает идеи, ощущения, в сознании, если не материя, их носящая? Беркли считает, что материя не может быть причиной идей, так как она, в отличие от духа, по определению является инертной, недеятельной. Это противопоставление Беркли принимает за постулат, даже не доказывая его.

В своих трудах Беркли не мог не уделить внимание понятию бытия. Бытие, то есть существование — это не идея и, следовательно, оно не вписывается в его философскую систему. Он пишет: «Я уверен в том, что у меня нет идеи существования или идеи, близкой к понятию существования, и, если другие имеют ее, для меня это не имеет никакого значения. «. Бытие — это не качество объектов, но чтобы обладать качеством, надо иметь бытие, существовать. Для Беркли бытие вещей сводится к их воспринимаемости — esse est percipi. Парадоксальный момент этого суждения в том, что если мы перестаем воспринимать вещь, то она должна перестать существовать. Если следовать этой логике, то и бог не существует независимо от духа, что для Беркли абсолютно неприемлемо.

В «Трактате о принципах человеческого знания» Беркли противопоставляет идеям, посредством которых мы познаем мир, дух, как познающую составляющую. Дух не есть идея. Отсюда следует, что раз идея не может быть похожа ни на что, кроме другой идеи, то с ее помощью нельзя познать дух. Это приводит к тому, что Беркли выводит еще одно средство познания, которое он называет понятием. Понятие — форма познания активного существа, духа, бытие которого не в том, что он воспринимается, а в том, что он воспринимает идеи. Таким образом, две различные формы познания соответствуют двум различным формам бытия. Это расширяет его принцип «существовать — значит быть воспринимаемым» до «существовать — значит быть воспринимаемым или воспринимающим». Такое дополнение к его формуле бытия позволяет разрешить парадокс существования объектов, которые не воспринимаются в данный момент. Они, следовательно, существуют в сознании других людей.

Отсюда возникает закономерный вопрос: существуют ли вещи, которые в данный момент никем не воспринимаются, или они переходят в небытие? Чтобы решить эту проблему Беркли опять расширяет свою формулу бытия. Он добавляет к ней возможность быть воспринимаемым — posse percipi. Таким образом, возможность отождествляется с действительностью, то есть здесь Беркли противоречит сам себе, заявляя, что объект может существовать при этом никем не воспринимаясь.

Свою критику материализма Беркли строит на отрицании существования универсалий и абстрактных понятий. Из номиналистического положения о том, что все, что существует, единично, он делает вывод, что все абстрактные понятия — ложные, так как ничто, соответствующее действительности, не может быть неединичным. Тем не менее, во введение к «Трактату о принципах человеческого знания» Беркли признает существование общих идей, например идеи цвета, независимо от формы, но продолжает отрицать существование отвлеченных общих идей. «Я действительно нахожу в себе способность воображать или представлять себе идеи единичных, воспринятых мной вещей и разнообразно сочетать и делить их. Я могу вообразить человека с двумя головами или верхние части человека, соединенные с телом лошади. Я могу рассматривать руку, глаз, нос сами по себе отвлеченно или отдельно от прочих частей тела. Но какие бы руку или глаз я ни воображал, они должны иметь некоторые определенные образ и цвет». При этом, говоря об отвлеченных идеях, он выделяет два вида отвлечения. Первый из них включает свойства предмета, которые могут существовать и порознь. Второй вид включает свойства, которые не могут существовать отдельно друг от друга. Нельзя, как пишет Беркли, представить себе движение, не мысля, при этом, медленно оно или быстро. В отличие от абстракций, общие идеи — это собирательный образ многих частных идей. Такие понятия, как «вещь9quot;, «число9quot; или «бесконечность9quot;, за которыми нет наглядных образов, являются, по его мнению, пустыми звуками. Вся теория абстракций Беркли сводится к тому, что реально только то, что воспринимаемо, а не то, что мыслимо. Понятие сводится к представлению, общее — к частному. Точка зрения Беркли в этом вопросе едва ли выдерживает критику. При доказательстве невозможности абстрактных понятий он сам ими и оперирует. Ведь что такое «идея9quot;, «бытие9quot;, «восприятие9quot; как не абстрактные понятия.

Еще одна цепь доказательств против существования материи строится Беркли из теории Локка о двух группах качеств, присущих материальным объектам. Локк выделял две группы таких качеств — первичные и вторичные. Под первичными, объективными качествами, он подразумевал размер, форму, движение, покой, плотность и число. Под вторичными же — все прочие ощущаемые качества, цвет, запах, звук, вкус и т.п. то есть субъективное отражение первичных. С первичными качествами неразрывно связано понятие материи, как некоей субстанции, находящейся вне духа и несущей в себе первичные качества. Беркли оспаривает эту позицию. По его мнению, первичные признаки неразрывно связаны со вторичными, и, так как последние не могут существовать вне духа, то и первичные признаки также существуют лишь в духе. Следовательно, материя не существует. Интересно доказательство, которое приводит Беркли. Он пишет, что, даже если предположить возможность существования вне духа неких вещественных, имеющих форму и подвижных субстанций, соответствующих нашим идеям о них, то мы не могли бы о них знать. Это объясняется им тем, что мы знаем об объектах лишь на основании наших чувств и ощущений, но нет никакой необходимой и доказанной связи между идеями и материальными объектами. Беркли приводит в качестве примера сон, в котором мы видим и ощущаем объекты, которых на самом деле нет. В итоге он пишет, что предположить, что бог без всякого основания создал множество бесполезных вещей, которые мы не можем ощущать — абсурд.

Идея существования бога — одна из основных в философии Беркли. Сам он ни на секунду не сомневается в реальности творца и его доказательства в пользу этого направлены скорее на разубеждение атеистов, чем на подкрепление веры людей религиозных. Идеализм Беркли берет свое начало именно из религиозных побуждений. Материя, при этом, выступает как полная противоположность богу, нечто, совершенно не могущее с ним сосуществовать. Бытие бога, по мнению Беркли, в самом его существовании. Он творец идей, воспринимаемых нами. Исходя из этого, философию Беркли можно назвать, по сути, теоцентричной.

Уже к 25 годам Беркли полностью разработал свою философскую систему, по крайней мере, все ее основные черты были изложены в его первых работах, и в последствии он не добавил к ней ничего принципиально нового. Если читать его произведения в том порядке, в каком они были написаны, то создается ощущение, что Беркли как бы подгоняет некоторые свои положения и формулировки, чтобы прикрыть ими слабые места своей системы. Очень часто он опирается лишь на косвенные доказательства и строит свои логические построения на заведомо ложных принципах.

Д.Юм. Скептицизм нового Времени. Проблема причинности в его философии.
английский (шотландцы считают его своим) историк и мыслитель. У нас он известен больше как философ, крупнейший в новое время представитель скептицизма, согласно которому к познавательным способностям человека нет доверия, а истинные мнения невозможно отличить от ложных. Юм довел теоретический скептицизм до предела, отвергнув какую бы то ни было первооснову мира, или, как тогда говорили, субстанцию, причем не только материальную (это уже незадолго до него делал, например, Дж.Беркли), но и духовную.

Дэвид Юм родился в Эдинбурге, там же и скончался. Он был младшим из двух сыновей небогатого землевладельца. Отец его рано умер, но матери Дэвида удалось дать ему хорошее образование. Он изучал классические языки и юриспруденцию в Эдинбургском университете, затем пробовал свои силы в коммерции (неудачно), в 1734-1737 годах завершил образование во Франции в знаменитом коллеже Лафлеш, том самом, где за век с лишним до того учился Р.Декарт. Любопытно, что оба эти воспитанника иезуитов стали главными выразителями принципа сомнения в новой философии.
Отринув оптические обманы метафизики, философ может и должен разрабатывать только ‘географию ума’, то есть приводить в порядок ‘перцепции’, отнюдь не пытаясь заглянуть ‘за’ них. Термином ‘перцепция’ (буквально ‘восприятие’) Юм обозначает все непосредственные данные опыта: внешнего (через органы чувств) и внутреннего (через самонаблюдение, ‘рефлексию’). Ощущение цвета или звука, воспоминание, переживание боли, страдания или радости — все это перцепции. ‘Я’ или душа — не более чем ‘пучок перцепций’. К этим краеугольным для своей философии выводам Юм пришел в 25-летнем возрасте, еще во Франции, и тогда же написал свой первый и вместе с тем главный философский труд ‘Трактат о человеческой природе’ (опубликован в 1739-1740 Несколько позже ‘Трактата о человеческой природе’, в уже упомянутом ‘Исследовании о человеческом познании’, Юм все же допустил, что по крайней мере математическое познание не зависит от перцепций и, например, геометрия явилась результатом неких операций ‘воображения’, причем такого воображения, которое никак не связано опытом. Это учение о сверхопытной и тем не менее абсолютно точной природе математического познания в сочетании с идеей Юма о возникновении понятия причины в результате ‘привычки’, послужило для И. Канта решающим толчком к созданию его ‘критической философии’.
Особенность Юма в эмпирической традиции заключается в той крайней последовательности, с какой он разделял, дробил перцепции, доказывал их полную разрозненность и единичность. Они чисто индивидуальны, лишены какой бы то ни было взаимосвязи; следовательно, в мире нет реальной причинности. Впрочем, практической жизни этот агностицизм не должен мешать: мы многому в жизни следуем по привычке, повинуясь не разуму, а чувству. Желательно, чтобы наши чувства были добрыми, альтруистичными, солидарными с человечеством. Эту ‘этику благожелательности’ Юм развил в последнем из своих крупных философских трактатов, в ‘Исследовании о принципах морали’ (1751), которое считал лучшим из своих сочинений. Этика и теоретическая философия, по Юму, — два совершенно изолированных друг от друга мира. Объединяет их только привычка — основная движущая сила обыденной жизни и вместе с тем ‘ложного’ представления о связи причины и следствия.
Последовательность, с которой Юм отстаивал свои парадоксы, и трудность его трактатов для понимания способствовали тому, что его философия не имела успеха. Оставив ее, Юм стал искать призвание в более практических областях.
Сочувствуя парламенту, он не одобрял и жестокой расправы в 1640-х годах над лордом Страффордом и Карлом I. Историю Юм рассматривает как своего рода прикладную психологию, объясняющую события переплетением индивидуальных характеров, воль, чувств, причем устойчивость ходу событий придает опять-таки привычка. Самое возникновение государства — результат упрочения института военных вождей, которым народ ‘привыкает’ повиноваться. Психологический подход Юма был непривычен для английской историографии ХVIII века, редко вникавшей в эмоционально-мотивационную сторону событий и ограничивавшейся партийно-пристрастной оценкой фактов. Лучше подход Юма вписывался в шотландскую историографическую традицию, в которой он предвосхитил позднейший романтико-психологический историзм Вальтера Скотта и других историков и писателей. (Между прочим, Юм всегда подчеркивал свою принадлежность к шотландской нации и никогда не стремился избавиться от заметного шотландского акцента). Как уже говорилось, первые тома ‘Истории Англии’ были встречены английской публикой и правившей в 1750-х годах партией вигов сдержанно. Определенную роль в этом сыграл также скепсис Юма в отношении религии.

Этот скепсис, хотя и направленный по видимости только против дохристианских религий, явственно просматривается и в опубликованной Юмом в 1757 году ‘Естественной истории религии’. Там он исходит из того, что ‘мать благочестия — невежество’, а кончает тем, что ‘народ без религии, если такой найдется, стоит лишь немногим выше животных’. ‘Сомнение, недостоверность, отказ от всякого суждения — вот, по-видимому, единственный результат самого тщательного исследования данного вопроса’ — такими словами завершается этот трактат Юма о двоякой, консервативной и в то же время просветительной, роли религии и духовенства в истории культуры. Эту позицию никак нельзя назвать типично просветительской. Вместе с тем в Англии, которая к тому времени уже стала в основном протестантской страной, объективный подход Юма к роли католиков в событиях ХVII века вызывал подозрения. Юм поименно перечислял всех крупных деятелей католической и роялистской стороны, не упуская их заслуг, равно как и прегрешений. Это противоречило тому, что было принято в историографии вигов, изображавшей противников как сплошную косную и в основном безымянную массу.
Юм всемерно подчеркивал роль свободы как высшей и абсолютной ценности, то теперь в публикуемых им очерках по истории, морали, искусству (Юм — один из родоначальников жанра свободного очерка в английской литературе) все чаще проскальзывает мысль о большем значении законности по сравнению даже со свободой и о том, что лучше пойти на ограничение свободы, чем на отклонение от установившегося порядка. Все это придавало сочинениям Юма роль искомой платформы для национального примирения либералов и монархистов, вигов и тори.
В 1769 году Юм вышел в отставку и оставшиеся годы жизни провел в своем родном Эдинбурге. Там он стал секретарем местного Философского общества, и около него собрался кружок просветителей, из которых наиболее известны экономист Адам Смит и профессор моральной философии Адам Фергюсон. Считается, что Смит своей теорией стоимости как воплощения определенного количества труда, а Фергюсон — этикой альтруизма и благожелательности обязаны влиянию Юма. Французский просветитель Ш.де Бросс под влиянием юмовской ‘Естественной истории религии’ ввел в историческую науку понятие фетишизма — культа животных или неодушевленных предметов — как стадии, которую проходят все народы на пути становления религии. В развитии исторической мысли Юм остался одним из первых представителей психологизма и вместе с тем критиком революционного пути развития, считающим, что революции как вид ‘массового психоза’ неизбежно сменяются единственно правильным и выправляющим их ошибки реформистским путем.

Субъективный идеализм Беркли и Юма

Среди множества философских систем, признающих примат духовного начала в мире материальных вещей, несколько особняком стоят учения Дж. Беркли и Д. Юма, которые можно коротко охарактеризовать как субъективный идеализм. Предпосылками их умозаключений явились труды средневековых схоластов-номиналистов, а также их продолжателей – например, концептуализм Д. Локка, который утверждает, что общее – это мысленное отвлечение часто повторяющихся признаков разнообразных вещей.

Субъективный идеализм дж берклиОсновываясь на позициях Д. Локка, английский епископ и философ Дж. Беркли дал им свою оригинальную интерпретацию. Если существуют только разрозненные, единичные объекты и только человеческий ум, уловив повторяющиеся, присущие некоторым из них свойства, выделяет предметы в группы и называет эти группы какими-либо словами, то можно предположить, что не может быть никакой абстрактной идеи, не основанной на свойствах и качествах самих объектов. То есть мы не можем представить себе человека абстрактного, но думая «человек9raquo;, мы представляем себе определенный образ. Следовательно, абстракции помимо нашего сознания не имеют своего существования, они порождаются только нашей мозговой деятельностью. Это и есть субъективный идеализм.

В труде «О принципах человеческого знания» мыслитель формулирует свою основную идею: «существовать9raquo; – это значит «быть воспринимаемым». Мы воспринимаем какой-то объект нашими органами чувств, но значит ли это, что объект тождественен нашим ощущениям (и представлениям) о нем? Субъективный идеализм Дж. Беркли утверждает, что нашими ощущениями мы «моделируем9raquo; объект нашего восприятия. Тогда получается, если субъект никак не ощущает познаваемый объект, то такого объекта нет вообще – как не было Антарктиды, альфа-частиц или Плутона во времена Дж. Беркли.

Субъективный идеализм дж берклиТогда возникает вопрос: было ли что-либо до появления человека? Как католический епископ, Дж. Беркли вынужден был оставить свой субъективный идеализм или, как его еще называют, солипсизм, и переместиться на позиции объективного идеализма. Бесконечный во времени Дух имел в уме все вещи еще до начала их существования, и он дает их нам ощущать. А из всего разнообразия вещей и порядка в них человек должен заключить, насколько Бог мудр и благ.

Субъективный идеализм дж берклиБританский мыслитель Дэвид Юм развил субъективный идеализм Беркли. Исходя из идей эмпиризма – познания мира через опыт – философ предупреждает, что наше оперирование общими идеями часто базируется на наших чувственных восприятиях единичных объектов. А ведь предмет и наше чувственное представление о нем – не всегда одно и то же. Поэтому задача философии – исследование не природы, а субъективного мира, восприятия, чувств, логики человека.

Субъективный идеализм Беркли и Юма оказал значительное влияние на эволюцию британского эмпиризма. Его использовали и французские просветители, а установка агностицизма в теории познания Д. Юма дала толчок к формированию критицизма И. Канта. Положение о «вещи в себе» этого немецкого ученого легло в основу немецкой классической философии. Гносеологический оптимизм Ф. Бэкона и скептицизм Д. Юма позже натолкнули философов на мысль о «верификации9raquo; и «фальсификации9raquo; идей.

Субъективный идеализм дж беркли

Непростительные ошибки в фильмах, которых вы, вероятно, никогда не замечали Наверное, найдется очень мало людей, которые бы не любили смотреть фильмы. Однако даже в лучшем кино встречаются ошибки, которые могут заметить зрител.

Субъективный идеализм дж беркли

Топ-10 разорившихся звезд Оказывается, иногда даже самая громкая слава заканчивается провалом, как в случае с этими знаменитостями.

Субъективный идеализм дж беркли

Неожиданно: мужья хотят, чтобы их жены делали чаще эти 17 вещей Если вы хотите, чтобы ваши отношения стали счастливее, вам стоит почаще делать вещи из этого простого списка.

Субъективный идеализм дж беркли

Зачем нужен крошечный карман на джинсах? Все знают, что есть крошечный карман на джинсах, но мало кто задумывался, зачем он может быть нужен. Интересно, что первоначально он был местом для хр.

Субъективный идеализм дж беркли

7 частей тела, которые не следует трогать руками Думайте о своем теле, как о храме: вы можете его использовать, но есть некоторые священные места, которые нельзя трогать руками. Исследования показыва.

Субъективный идеализм дж беркли

Как выглядеть моложе: лучшие стрижки для тех, кому за 30, 40, 50, 60 Девушки в 20 лет не волнуются о форме и длине прически. Кажется, молодость создана для экспериментов над внешностью и дерзких локонов. Однако уже посл.

Субъективный идеализм Беркли

Джордж Беркли (1684—1753) родился в Ирландии в английской дворянской семье. Образование он получил в Дублинском университете. Здесь господство­вал дух схоластики. Главными предметами преподава­ния были богословие, метафизика, этика, логика. Одна­ко за стенами университетского колледжа, в котором обучался Беркли, широкое распространение получили учения Декарта, Локка, развивалась полемика между сторонниками вихревой физики Декарта и последовате­лями гравитационной физики Ньютона.

Беркли внимательно следил за развитием современ­ных ему естественнонаучных теорий и уже смолоду ре­шил вступить в борьбу против основных результатов пере­довой философии и науки. Наблюдая повсюду успехи ма­териалистических и механистических учений, Беркли ре­шил нанести удар не по каким-либо отдельным проявле­ниям материализма, а по исходному, как он считал, поня­тию всех видов материализма. Это — понятие о материи как вещественной основе всего множества тел и их ка­честв. С понятием материи тесно связана идея простран­ства, которое, как полагала физика Ньютона, существует отдельно от тел — в качестве общего вместилища всех природных вещей. Материалистическая в целом филосо­фия Локка исходила из того, что источник ощущений — внешний мир, существующий независимо от сознания. Беркли отбрасывает материалистический исходный пункт учения Локка и объявляет ощущения («идеи») единственной воспринимаемой человеком реальностью. Материалистическому сенсуализму Локка Беркли про­тивопоставляет идеалистический сенсуализм.

Локк стремился выяснить и метод, посредством кото­рого мы приходим к идеям о материи и пространстве. Этот метод есть, по Локку, абстракция. Отвлекаясь от всех особенных черт и признаков вещей, наш ум, думал Локк, выделяет те черты и признаки, которые остаются общими для всех предметов, и таким образом приходит к общей абстрактной идее материи, как таковой, про­странства, как такового, и т. д. Беркли, пытается всеми доступными ему средствами доказать, будто наш ум не способен к описанной Локком абстракции. Общая абстрактная идея «протяжения», или «пространства», не­возможна. Она абсурдна, внутренне противоречива. Мы не можем ни воспринимать, ни воображать подобную идею. Так же обстоит дело и с абстракцией материи. Доказательству этой мысли Беркли посвятил «Трактат о началах человеческого знания» (1710) и диалог «Три разговора между Гиласом и Филонусом» (1713). В этих сочинениях Беркли не скрывает, что главная его цель — борьба против материализма и всех его проявлений в науке.

По Беркли, предпосылка понятия о материи, как и понятия о пространстве, состоит в допущении, что, отвле­каясь от частных свойств вещей, воспринимаемых по­средством различных ощущений, мы можем образовать отвлеченную идею об общем для них вещественном суб­страте. Но это-де невозможно. У нас нет и не может быть чувственного восприятия материи, как таковой. Мы воспринимаем лишь отдельные вещи, и каждое из этих восприятий представляет собой сумму отдельных ощущений, или, по терминологии Беркли, «идей». Тако­вы идеи цветов, запахов, звуков, температурных, осяза­тельных ощущений и т. д. «Быть» всегда означает «быть в восприятии». Мы видим отдельные цвета, а не окра­шенную материю, слышим отдельные звуки, а не звуча­щую материю и т. д.

Не может быть, по мнению Беркли, и общей отвле­ченной идеи материи, подобно тому, как не может быть отвлеченной идеи протяжения, пространства и т. д. Сло­во становится общим не потому, что оно есть знак отвле­ченной общей идеи, а потому, что оно способно быть зна­ком многих частных идей, каждую из которых оно может вызвать в уме. Ум человека может образовать общую идею вещи, но не общую отвлеченную идею. Отвлечен­ная идея материи, уверяет Беркли, не может прибавить к свойствам вещей ни одного свойства сверх тех, кото­рые открывает в них чувственное восприятие.

Беркли выступает также против учения о первичных и вторичных качествах материи. Указывая на непосле­довательность Локка, он заявляет, что если субъективны «вторичные» качества, то субъективны также и «первич­ные» качества. Следовательно, делает вывод Беркли, все идеи существуют только в душе. Они не могут быть копиями внешних вещей, о которых обычно думают, буд­то они существуют вне духа. Идея может быть похожа только на идею, а не на что-либо иное.

Учение это — субъективный идеализм. Отвергнув бы­тие материи, оно признает существование только чело­веческого сознания, в котором Беркли различает «идеи» и «души». Идеи — это качества, данные в нашем субъ­ективном восприятии. Души — воспринимающие, дея­тельные нематериальные субъекты духовной деятель­ности. По мнению Беркли, идеи совершенно пассивны. Напротив, души в отличие от идей активны. Это разли­чение необходимо Беркли для защиты субъективного идеализма от неизбежных и естественных возражений. Он пытается доказать, что из его учения не следует, будто вещи впервые возникают лишь благодаря восприя­тию и будто они исчезают, когда прекращается восприя­тие.

Отстаивая принцип субъективного идеализма, Беркли хочет избежать солипсизма, т. е. вывода о том, что су­ществует лишь один-единственный воспринимающий субъект. Поэтому вопреки исходному положению субъ­ективного идеализма он утверждает, что субъект суще­ствует в мире не один. Вещь, которую перестал воспри­нимать один субъект, может быть воспринята другим субъектом или другими субъектами. Но даже если бы все субъекты исчезли, вещи не превратились бы в ничто. Они продолжали бы существовать как сумма «идей» в уме бога. Бог — это такой субъект, который во всяком случае не может исчезнуть. А потому не может исчезнуть и весь сотворенный им мир вещей: мир звезд, планет и Земли со всем, что существует на ней. Именно бог «вкла­дывает» в сознание отдельных субъектов содержание ощущений, возникающих при созерцании мира и отдель­ных вещей. В. И. Ленин указывает в этой связи: «Вы­водя «идеи» из воздействия божества на ум человека, Беркли подходит таким образом к объективному идеа­лизму: мир оказывается не моим представлением, а результатом одной верховной духовной причины, создающей и «законы природы» и законы отличия «бо­лее реальных» идей от менее реальных и т. д.» (В. И. Ленин. Поли, собр, соч. т. 18, стр. 24).

Таким образом, начав с субъективного идеализма и пытаясь избежать солипсизма, Беркли своим призна­нием сверхприродной духовной силы — бога — делает шаг к объективному идеализму. Впоследствии Беркли все более ограничивает свое идеалистически-сенсуали­стическое учение, склоняясь к объективному идеализму в духе неоплатонизма. В «Материализме и

эмпириокри­тицизме» В. И. Ленин дал всестороннюю критику субъ­ективного идеализма Беркли как теоретического обосно­вания религиозного мировоззрения. Определяя историче­ское значение берклианства, В. И. Ленин рассматривает его как один из источников реакционной буржуазной философии конца XIX и начала XX в.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *